В армии меня бьют. Что делать?

«Каждый получит свою долю побоев и унижений в любом случае»

Алексей, город Минск

Когда новобранец попадает в казарму, никто не распределяет его в деды или в духи. Любой дед был молодым. И только потом вырос. Все деды прекрасно знают, как чувствуют себя молодые. Открою тайну: существует определенный день, когда молодым дают почувствовать, как живется старшему периоду, и все, что можно деду, тогда не воспрещается и духу. Пришел тот самый день, когда я сам стал одним из дедов.

Представьте помещение в 15 квадратных метров — такую «комнату отдыха». Там стоит телевизор, DVD, музыкальный центр, могут быть столы, стулья, диван. Вообразите, что там собираются человек 50. Разумеется, в такой обстановке ни телевизор посмотреть, ни музыку послушать, ни свежий номер газеты почитать. Поэтому младшему призыву туда нельзя. Нельзя еще и в солдатскую чайную, причина аналогична. Разумеется, на молодого по возможности сваливаются все самые грязные и непочетные наряды и работы.

В армии меня бьют. Что делать?

Суть дедовщины — обеспечить деду максимально комфортные условия. Издевательства и унижения — исключительно побочные явления.

Но иногда они выступают в качестве воспитания новобранца. Сугубо уставными средствами воспитание было не всегда реальным и целесообразным. Помогала только так называемая дедовщина.

Однажды мой подчиненный, который к тому же и младше меня по призыву, во время учений чуть не сломал военную технику. Несмотря на все инструкции, пояснения и тренировки. Если сделать ему взыскание — не возымеет ровным счетом никакого эффекта. А вот выполнение физических упражнений в противогазе, запугивание, угрозы, физическое воздействие — напротив, сразу помогло. Не считаю это дедовщиной, скорее — неуставщиной. Помню, как ударил в грудь младшего бойца срока за то, что уличил его в распитии алкоголя. Это специфика армии, присутствующая в любых ВС. И вообще, есть правила и традиции. В армии существует своеобразная традиция — обеспечивать комфорт дедам, слушаться их. Будь добр, исполняй ее.

Например, чтобы дух или слон получил определенные права, которые приблизят его к старшим периодам, он может заплатить. Но для этого нужно определенный период времени оттянуть без косяков и честно. Тогда за определенную плату солдата переведут в черепа. Сам так переходил и переводил младших. Не вижу в этом ничего плохого. Хочешь легче жить — плати. Это рыночные отношения. Мы в жизни тоже платим за более комфортную жизнь. Когда солдат становится черепом, ему уже можно и в чайную, и в комнату досуга, и подшиваться в два слоя. Но старшим призывам, пока они не ушли, можно намного больше. А вся тяжелая и грязная работа по возможности ложится на молодняк. Черепа хоть и имеют больше привилегий, являются пешками у дедов. Если деду что-то не нравится, он говорит это черепу. А тот уже сам решает, как воздействовать на духа — угрозами, издевательствами или физическими упражнениями, реже — побоями. Лично я старался реже бить солдат, но делал это только в том случае, если до духа иначе не доходит. Когда попадается слишком гордый, который не моет унитазы, потому что брезгует. Почему до этого я это делал, боролся с собой, а он, видите ли, не хочет? Тогда уже приходилось применять физическую силу и моральное давление.

В армии нужно быстро соображать и еще быстрее — делать. А молодой всегда растерян и, что называется, тупит. Они ни черта еще не умеют и не знают как по правилам дедовщины, так и по службе. Всю основную тяжесть службы на себе несет именно второй период, потому что молодежь еще ничего не умеет, а старики уже не особо хотят. Оттого средний период еще и самый злой. Много прослужили и еще много осталось. Если накосячил один слон — страдают все: могут коллективно наказать, или, например, запретить курить. А идти одному против всего коллектива — это глупо.

Попыток суицида в армии много. И причиной тому не дедовщина. Самый распространенный способ — режут вены. Цель — привлечь к себе внимание, к своим бедам, проблемам. Таким парням точно не место в армии. Таких бойцов сразу, без разговоров, отправляют в психбольницу и правильно делают. Солдаты стали намного слабее и физически, и, в первую очередь, морально.

В наши времена инстаграмовских мальчишек путаются понятия дедовщины и дисциплины. Меня гоняли деды жестче, чем гонял я. Зато через синяки и боль понимаешь, что ты мужик и должен терпеть. Против дедовщины введено много программ в армии, причем столько, что это уже идет во вред. На офицере так много лежит, что он физически не успевает следить за личным составом. Офицеры погрязли в бумажной работе. На каждого отдельного бойца в день приходится куча бумаг. Будучи сержантом, за день подписывал штук 20 разных бумажек. Что уж говорить про какого-нибудь командира взвода или роты.

В армии меня бьют. Что делать?

И как можно офицерам следить за порядком? Только с помощью дедов порядок и соблюдается.

Стыдно ли мне, что поступал так же, как поступали со мной? Нет, не стыдно. Воспринимаю все это как школу жизни. Гнобили меня и били — значит, было за что. Да и с приходом духов смотришь на себя со стороны и понимаешь, что били за дело. Могу сказать только одно молодому солдату — смирись и не ной. Это сделает тебя сильнее. Не стоит стремиться быть Бэтменом, который на х*ю вертел всех дембелей. Такие бывают только в кино. В любом случае каждый получит свою долю побоев, унижений и нагрузок.

Не нужно думать, будто в нашей армии сидит неизвестно кто. И одни бездушные кровавые наймиты кровавого режима. Вооруженные силы Республики Беларусь очень далеки от того, что показано в фильме «Жыве Беларусь».

У меня подрастает сын. И уже не так долго ждать, когда ему придется идти служить. Не буду утверждать, что войска должен пройти каждый мужчина, что армия — школа жизни. Но уж коль так нужно нашему обществу, чтобы молодой человек отдавал часть своей жизни, приобретая военные навыки, — значит, пусть идет. И если будут прессовать, это пойдет только на пользу.

Армия — это усилитель. Из хорошего человека там делают лучшего, но из гнилого еще более гнилого. Но все же многим армия действительно пошла на пользу. И из мальчиков они стали если не мужчинами, то самостоятельными молодыми людьми.

Видео

Отношения с офицерами

Фото: Александр Кряжев / РИА Новости
Фото: Александр Кряжев / РИА Новости

Некоторые офицеры пытались как-то самоутверждаться за счет солдат. Был один такой, очень раскачанный, ходил павлином в сильно ушитом кителе и натягивал козырек фуражки чуть ли не на глаза. Если с ним не поздороваешься, даже если он идет вдалеке, то мог заставить бегать. Пробежишь пару кругов, он спросит, понял, за что, если скажешь нет, снова будешь бегать.

Командир роты был довольно аморфным. А старшина роты был человек-настроение. Например, проходишь мимо него, а он тебе: «Найди мне автоген (зажигалка). Бегом». И ты бегаешь минут двадцать, ищешь ее. В итоге потом приходишь и говоришь, что нет нигде. А он тебе: «Да нет, уже не надо».

Еще он любил делать лосей просто ни за что (Делать лося – вид физического наказания. Солдат держит руки у лба в виде рогов лося, прижимая ладонь нижней руки к кисти верхней. Наказывающий бьет кулаком по «рогам». Для особо провинившихся существует вариация – лось «музыкальный». Процедура та же, но перед ударом новобранец должен пропеть знаменитые строчки: «Вдруг, как в сказке, скрипнула дверь». Удар. После него следует завершить строку: «Все мне ясно стало теперь». – Ред.). И у него очень жестко это получалось. У меня это было один раз, и это было сильно.

Он все время придумывал какие-то задания. Идите склад разгружать, и мы весь день разгружаем, потом отправлял газон косить или листья сжигать. А они сырые. Он начинает спрашивать, почему листья еще не сожжены, говоришь ему, что не успели, он: «Сейчас в костер полетите».

Как-то раз за какой-то косяк, нам устроили пожар в кубрике (как учебная тревога). А когда происходит пожар, то выносится вся мебель. И нас заставили на плац вынести все кровати, тумбочки и восстановить на плацу географию кубрика.

Потом еще было такое понятие «мыльняк». Берется ведро с теплой водой, туда стругаешь хозяйственное мыло, взбалтываешь, разбрасываешь пену по площади, потом щеткой чистишь и собираешь пену. Это более сложный способ уборки. И один раз нас заставили делать мыльняк по всей казарме, причем в противогазах и ОЗК.

Про медицину

К болезням отношение строгое. Если у тебя что-то заболело, то нужно сразу же говорить офицеру. Другое дело, что он тебя обязательно морально унизит, скажет, что ты калич. Но это не значит, что тебе не окажут помощь.

А если ты не подойдешь к офицеру и тебе не окажут вовремя медицинскую помощь, то в осложнениях будут винить тебя, потому что ты не сообщил своевременно об этом.

У меня была пневмония. Она обнаружилась не сразу. Я неделю пролежал в медроте, и у меня начались сильные хрипы в легких. Я сказал об этом врачу, попросил отправить меня на рентген. Меня отправили, и выяснилось, что у меня пневмония. При этом мне нужно было самому найти контрактника, который меня бы отвез.

Пневмония – это очень серьезное заболевание, и если солдат заболевает ей, то начинаются санкции против командира. Ко мне приходил мой командир и спрашивал, как я умудрился так заболеть. А что я ему скажу? Наверное, потому что в казарме дыра, окна продувают, чтобы спать, нужно было накрываться одеялами и куртками.

В военной больнице мне оказали довольно хорошую медицинскую помощь, ставили капельницы, делали уколы, давали таблетки. Но когда мне понадобилась карточка с моим рентгеном, я ее не нашел. Я так понимаю, что врачи просто уничтожили ее, чтобы не было никаких лишних вопросов.

А еще в моей карточке была запись от гражданского врача, которая мне делала рентген, что у меня пневмония. А потом эта строчка тоже исчезла.

Что будет с теми, кто вымогает деньги

Воинское звание не освобождает от уголовной ответственности. Если факты подтвердятся, возбудят уголовное дело по факту превышения должностных полномочий. После сбора доказательств дело передадут в суд.

Пример из практики. Заместитель командира роты принуждал срочников платить по 1000 Р в месяц из их денежного довольствия, а тех, кто отказывался, больно бил по голове ручкой от сигнального флажка. На суде военнослужащие охотно давали показания по делу: видимо, мести со стороны командиров никто из них не боялся. Командир роты не использовал деньги в личных целях — он тратил все на канцелярские, хозяйственные и строительные товары для нужд подразделения. Однако суд не счел это смягчающим обстоятельством, поскольку действия командира явно выходили за пределы его полномочий и нарушали права и законные интересы военнослужащих срочной службы. Интересы государства тоже пострадали. Командира признали виновным в превышении должностных полномочий, но учли положительные характеристики обвиняемого, наличие несовершеннолетних детей и признание вины. Мужчину приговорили к штрафу в 40 000 Р .

Теги

Рейтинг истории
Рабочие истории